Tarkin
Оффицио Комиссариат не спит. Ну, может быть, дремлет слегка...


"Ты помнишь, как все начиналось..."-II

Изначально Мухаммед Али-паша вовсе не собирался призывать в армию египетских феллахов, не державших оружия в руках около пятисот лет, однако обстоятельства вынудили его пересмотреть свое отношение к этому вопросу. После эпичного провала попытки муштровать родных албанцев и повального падежа захваченных в Судане негров, паша обратил-таки свой взор на коренное население Египта, универсально презираемое как своими, так и чужеземными элитами. Первые рекрутские наборы, проведенные довольно топорным способом, показали, что крестьянам вовсе не нравится эта новая повинность и они посильными способами избегают воинской повинности. Тогда Мухаммеду Али пришлось выстраивать в Египте новую систему общественной организации, которая могла бы контролировать население и собирать информацию о нем. С этой целью была проведена перепись населения и введен паспортный режим. В замкнутую на себя египетскую крестьянскую общину, которую до того все правители Египта рассматривали как неразделимый природный ресурс и эксплуатировали соответствующе, дедовским восточно-феодальным способом, вторглись новые методики полицейского надзора, регистрации, индоктринации и вертикальной организации.

Те же самые изменения должны были произойти и в подходе к войне. Предыдущие властители Египта - мамлюки - в военном деле полагались исключительно на личную удаль, физическую силу и сноровку, имея лишь рудиментарные представления о стратегии и совсем никаких - о тактике. Французская армия, разгромив их в 1798 году, показала превосходство современной европейской военной доктрины над традиционной восточной, что очень впечатлило Мухаммеда Али. Впечатлило настолько, что он решил последовать примеру французов и создать современную армию. За тридцать лет архаичное "искусство" войны было заменено наукой военного дела, а типаж храброго "воина"-одиночки вымер, и на замену ему пришел солдат, от которого требовались в первую очередь слепое повиновение командирам и вымуштрованность.

Рядовой ТК-39

Как часть психологической обработки и для облегчения распознавания нарушителей, дезертиров и покойников, каждому рядовому солдату и офицеру из числа младшего и среднего командного состава присваивался личный номер, в который были включены также номера частей, т.е. капитан первой роты четвертого батальона десятого полка становился, таким образом, капитаном-1410. Личный номер не заменял имя, но всегда и везде в официальных бумагах должен был упоминаться вместе с ним. Позже появилась и практика татуирования личного номера солдата в районе ключицы.

Как и в любой современной армии, в новой египетской были введены различные, строго регламентированные типы униформы. Регламент формы одежды был расписан настолько подробно, что в нем даже упоминалось, какую униформу офицеры должны носить в какое время суток. Египетскому солдату полагалось два головных убора - дневной и спальный, первый из которых представлял собой красную феску (тарбуш). Повседневная, она же полевая, униформа была белого цвета, и состояла из белой рубахи и белых же шаровар, которые впоследствии были заменены брюками. Парадную форму солдатам полагалось носить в том числе и во время отлучек из части по служебным или хозяйственным надобностям - на рынок или в соседний город - специально чтобы солдат был издалека виден в толпе. Солдатам, сидящим на гауптвахте или в военной тюрьме полагалось носить гетры разного цвета, чтобы было легче опознавать беглецов.

Положение солдата в пространстве и его время были также четко регламентированы. На двери казарм в армии и кубриков во флоте должны были висеть списки приписанных к этому помещению солдат и матросов, с именами и личными номерами. Подробные схемы полевых лагерей указывали, как именно должны располагаться палатки и шатры, сколько в каждом из них должно быть человек и даже в каких позах они должны спать. Местоположение любого казенного предмета внутри палатки также было оговорено, и отсутствие или перемещение такового предмета, обнаруженное во время утренней проверки, было чревато гауптвахтой или телесными наказаниями. Попасть в военную тюрьму можно было даже отлучившись в сортир на марше больше положенного времени.

Главной чертой "армии как машины" Мухаммед Али считал способность огромного количества людей выполнять одновременно одни и те же действия, будь то марш, стрельба или штыковая атака. Египетских пехотинцев, таким образом, муштровали в традициях европейской линейной пехоты, чтобы они могли эффективно и синхронно действовать в составе формаций - от роты до полка. Даже находясь в самой стрессовой ситуации солдат должен был беспрекословно выполнять команды вышестоящего командира, и делать это не думая, машинально. С этой целью типичные маневры отрабатывались годами, поначалу разделенными на череду простых действий, которые повторялись тренируемыми до полного усвоения в мышечной памяти. И здесь устав расписывал все до мелочей, что облегчало работу офицерам. Бесконечная муштра и повторение заставляли солдата в хаосе битвы, заслышав знакомые команды, увидев флажок или сигнал горна, выполнять соответствующие действия, и не повиноваться им было немыслимо. Вне битвы боевой дух египетской армии как правило был чрезвычайно низок, и доля дезертирства доходила временами до 50% личного состава в год.

Египетские солдаты, "турецкие" офицеры, европейские специалисты

Помимо социального, солдат и командный состав новой египетской армии разделял еще и языковой барьер: лишь младшие офицеры, вплоть до капитана (юзбаши) включительно, могли быть египетского происхождения, причем половина из них все равно должна была быть османами - не обязательно турками, но выходцами из разных областей Османской империи, разговаривающими на турецком языке и разделяющими османскую культуру. Поначалу офицерский корпус армии Мухаммеда Али был составлен из перешедших на его сторону или приехавших по приглашению османских офицеров и европейских военных специалистов, которые как правило занимали должности, связанные с техническими знаниями: врачебные, инженерные, топографические. Например, Сулейман-паша, правая рука Мухаммеда Али в деле реформирования вооруженных сил, в прошлом был французским полковником Севе.
Все приказы также отдавались солдатам на турецком языке, при этом они не обязаны были даже понимать значения самих слов, было достаточно, чтобы они помнили, что означает это звукосочетание и что они должны делать, услышав его. Таким образом, армия Мухаммеда Али никогда не была национальной армией Египта, а всегда оставалась войсками его личной империи, с его именем на знаменах и даже медалях, выдаваемых солдатам и офицерам за храбрость. Отношение тюрко-египетской воинской элиты к своим подчиненным было самым что ни на есть скверным, офицеры не считали зазорным избивать, грабить и обманывать собственных солдат, с которыми их, по большому счету, не связывало почти ничего. Ибрагим-паша, командир египетского контингента в Сирии и Палестине и сын самого Мухаммеда Али пытался как-то справиться с этой проблемой, угрожая своим офицерам трибуналом и призывая их по-человечески относиться к тем, "чье упорство и храбрость выиграли для нас Сирию", но его усилия ни к чему не привели. Есть множество свидетельств тому, что за пределами поля боя ни египетский солдат, ни его смешанного происхождения командир не утратили прежнего менталитета и не стали частями единого целого. Так, один старший сержант (баш-гавиш) во время осады Акры пригласил к себе в гости старого знакомого, с которым они жили в одной деревне, и тот прожил у него в палатке 15 дней, после чего его заметил-таки капитан и пригрозил насильно вытурить за пределы лагеря. На следующий день капитан обнаружил, что крестьянин не покинул лагерь, и приказал избить его, а сержанта отправить на гауптвахту. Смысла наказания сержант, допустивший в расположение части постороннего, так и не понял, и объяснял это тем, что командир новый и он не успел еще как следует с ним закорешиться. Точно так же не понимал своего приговора капитан Дервиш-ага, которого отдали под трибунал из-за того, что он жестоко и немотивированно избил одного из своих солдат. "Если вы хотите наказывать меня из-за пятнадцатипиастрового феллаха, воля ваша, но на мой взгляд, этот феллах большего не стоит" - сказал он трибуналу.

Я еще вернусь к египетской армии когда-нибудь в будущем, благо тема очень большая и полная интересных феноменов и лулзов. Следующий же выпуск Всеобуча будет посвящен советско-польской войне 1919-1921 годов.

@темы: Всеобуч, Наркомпрос, текст